До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, вынужденным делать выбор в мире, где каждый шаг мог оказаться последним. Его путь начался не с громких подвигов, а с тихих, опасных будней, когда Империя лишь укрепляла свою хватку. Он не искал славы — выживание было его главной целью.
Кассиан перемещался по закоулкам заброшенных космопортов и серым кварталам промышленных миров, где доверие стоило дороже кредитов. Информация, которую он добывал, редко была громкой — чаще это были обрывки переговоров, маршруты грузовых кораблей, списки имен. Из таких мелких деталей, как пазл, складывалась картина имперской деятельности.
Каждый контакт мог оказаться ловушкой. Каждый побег оставлял след. Он научился читать улицы лучше любой карты, чувствовать напряжение в воздухе до того, как раздавались выстрелы. Его методы были неидеальны, иногда жестоки, но в той тени, где он действовал, моральные компромиссы были валютой, которой все платили.
Именно в этих серых зонах, в молчаливом согласии между отчаявшимися, начало формироваться нечто большее. Разрозненные акты неповиновения — саботаж на фабрике, украденные данные, спасенный беженец — медленно сплетались в сеть. Кассиан стал одним из тех невидимых нитей, связывающих разрозненные очаги будущего Сопротивления. Он не произносил пламенных речей. Его вклад измерялся в спасенных жизнях, перехваченных грузах и тихой, непоколебимой решимости, которая в итоге помогла разжечь искру восстания.